Пешка в большой игре - Страница 4


К оглавлению

4

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

Через полчаса на пульте дежурной части тридцать второго отделения милиции загорелся огонек прямого соединения с дежурным Главного управления внутренних дел Москвы. Майор Дятлов щелкнул тумблером.

– Что сделано по заявлению о нападении на гражданина Каймакова? – сухо спросил дежурный по городу. Тон его не предвещал ничего хорошего.

Дятлов заглянул в журнал регистрации заявлений и сообщений, провел пальцем по строчкам, не найдя нужной записи, принялся шуршать страницами.

– Небось не зарегистрировали, долбачи! – почти ласково сказал дежурный. – А этим делом безопасность интересуется. Думаете, я за вас свою жопу подставлю? Не-е... Через час доложить результаты!

– Тут Перцов оставался, – пытался оправдаться Дятлов, но огонек на пульте уже погас.

– Где Перцов?! – рявкнул он на всю дежурку. – Живо за ним! Видно, в гараже жрет да водку хлещет!

Через пять минут, потеющий и старающийся не выдыхать ртом воздух, сержант копался в мусорной корзине.

– Вот, нашел! – радостно закричал он, разглаживая смятый клочок бумажки. – Каймаков Александр Иванович, Ленинский, 152! А вот и номер машины!

– Идиот! – перевел дух дежурный. – В журнал надо записывать, а не в урну бросать!

– Кто же знал, что оно так обернется... – К Перцову возвращалось обычное спокойствие. – Сейчас все оформим в лучшем виде!

Дятлов прозвонил по дежурным больницам, потом – в картотеку ГАИ.

Гражданин с колотым ранением в приемные отделения не поступал. Санитарного фургона с номером «43-23» в природе не существовало, да и вообще такой номер в ГАИ зарегистрирован не был.

В журнал аккуратно вписали сообщение Каймакова, тут же указали результаты проверки и сделали вывод: не подтвердилось.

Дежурный даже послал Перцова на место. Тот бегло осмотрел подъезд, позвонил в квартиру. Отупевший от седуксена Каймаков разговаривал через цепочку: продувная физиономия сержанта и отчетливый запах алкоголя не способствовали доверию к милицейской форме.

– Да вы не волнуйтесь, – успокаивал сержант. – Тут просто недоразумение... В больницы никого не доставляли, номера такого в природе нет... Может, что-то показалось, а может, пьяный какой чудил... В общем, ничего страшного...

Оставшись один. Каймаков еще раз осмотрел зловещие следы на шиле. Недоразумение? Но с чего это вдруг милиция так зашевелилась? На кражи, грабежи, разбои не выезжают, на письменные заявления по полгода ответа не добьешься... А тут за час все проверили да еще домой приехали отчитаться и успокоить. Что-то здесь не так... Ему стало еще страшнее.

Глава вторая

Василий Зонтиков, известный в уголовном мире под кличкой Клык, был вором в законе и «держал» Юго-Западный сектор столицы.

За неимением знакомых судей, прокуроров и, на худой конец, адвокатов Каймаков отправился за советом к нему – бывшему однокашнику и товарищу по детским играм.

С год назад он уже обращался к Клыку. Тогда у Вовчика отобрали зарплату и поставили фингал под глазом, в милиции развели руками: примет не запомнил, свидетелей нет, вроде как сам и виноват. А Клыку свидетели не понадобились: пошептал что-то на ухо своему подручному, вроде как адъютанту, и все. К вечеру оба грабителя пришли к Вовчику домой, принесли все до копейки деньги да еще две бутылки водки в знак примирения. Вовчик вначале мириться не хотел, а стал охаживать главного обидчика по морде, причем здоровенный хмурый урка сносил побои как должное – ни уклониться не пытался, ни руку поднять. Вовчик отмяк, плюнул, достал свою бутылку, и примирение состоялось, расстались друзьями.

Клык жил на пятом этаже панельной пятиэтажки. У входа в подъезд и на предпоследней площадке дежурили попарно молодые люди с отталкивающими физиономиями.

В квартире обстановка была еще более спартанской, чем у самого Каймакова. Клык сидел за круглым массивным столом, упершись локтями в изрядно пожженную и исцарапанную столешницу, и сквозь составленные трубочкой татуированные кулаки всасывал дым догорающей «беломорины». Сладковато-пряный запах анаши наполнял комнату.

– Что, опять кого-то накноцали? – не здороваясь, спросил Клык, и было заметно, что он чемто недоволен. – А как моим людям жить? Им зарплату не повышают, профсоюза нету... Если я у них буду хабар изо рта вырывать, то мне надо в ментовку оформляться!

Он нехорошо улыбнулся, и новый «адъютант» ощерился такой же скверной улыбкой.

– Да я не за тем... – Каймаков на миг пожалел, что пришел сюда. – Вот... Он вытащил из продранного «дипломата» пакеты с кастетом и шилом.

Клык слушал внимательно, потом очень внимательно осмотрел содержимое пакетов.

– Вот это отдай Лепиле, пусть сделает анализ. – Клык двинул по столу пакет с шилом. – А это передай сам знаешь кому – на отпечатки.

«Адъютант» схватил оба пакета, сунул в сумку и выбежал из комнаты.

– А где прежний? – спросил Каймаков, чтобы заполнить паузу.

– Кто «прежний»? А-а-а... В десант пошел.

– В армию, что ли? – удивился Каймаков. – Ему ж под сорок небось...

– В зону я его послал. Передать кое-что и споры ненужные прекратить.

– Как же он попал в зону? – продолжал удивляться Каймаков. – Туда же просто так не пускают.

Клык снова ощерился.

– Как, как! Очень просто: взял три года – и пошел по этапу.

– Ясно... А обратно как же?

– Через три года – обратно. Можно и раньше вытащить, но зачем? Там тоже дел много, а ему авторитет зарабатывать надо... Чифир пить будешь?

Каймаков не успел отказаться, как с силой распахнулась входная дверь.

– Вернулись! – крикнул кто-то, и в комнату ворвались три здоровенных лба, радостных и сильно возбужденных.

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

4